Сервисный Центр верту в Москве тут







Суслов в 60-е годы

После вынужденной отставки Хрущева руководство партии уже не в первый раз провозгласило необходимость "коллективного руководства" и недопустимость какого-либо нового "культа личности". Хотя Брежнев и стал Первым (а с 1966 г. - Генеральным) секретарем ЦК КПСС, он еще не пользовался такой властью, как в 70-е годы. Не меньшим влиянием пользовались в партийно-государственном аппарате Суслов и Шелепин. между которыми происходила закулисная борьба за положение в партии. К концу 1965 года казалось, что в этой борьбе одерживает верх Шелепин, прозванный "железным Шуриком". Многие из его личных друзей похвалялись, что скоро именно он станет Первым секретарем ЦК. Однако более опытный Суслов сумел потеснить Шелепина, который стал не первым, а "третьим" секре тарем ЦК. На XXIII съезде КПСС весной 1966 года многие наблюдательные делегаты могли видеть, что именно Суслов является главным режиссером съезда.

Одним из противников Суслова в ЦК оказался протеже Брежнева С. П. Трапезников, назначенный заведующим отделом науки, школ и вузов. Трапезников не только возглавил этот ведущий отдел ЦК, но и кампанию по реабилитации Сталина, которая все интенсивнее проводилась в 1965 - 1966 годах. Суслов не считал тогда подобную реабилитацию целе сообразной или, во всяком случае, своевременной. Поэтому он не стал поддерживать людей, подобных Трапезникову, а, напротив, сдерживал их порыв. В 1966 году пять докторов исторических наук, среди которых был и А. М. Некрич, направили в адрес Суслова письмо с подробным и обоснованным протестом против попыток реабилитации Сталина. Помощник Суслова В. Воронцов сообщил авторам письма, что Суслов с содержанием письма согласен и что ответ на него авторы услышат на XXIII съезде КПСС. Однако на съезде Суслов не выступал, так же как и многие другие члены Политбюро. Когда в следующем, 1967 году на Комиссии партийного контроля решался вопрос об исключении Некрича из партии, Суслов отказал Некричу в личном приеме и не стал вмешиваться в дела КПК. Как победа сталинистов над более умеренными кругами партийного руководства была воспринята и замена главного редактора "Правды" А. М. Румянцева, вокруг которого еще раньше образовалась группа талантливых публицистов и журналистов. В 1967 году Суслов настоял на смещении председателя КГБ Семичастного, близкого друга Шелепина. Поводом для этого послужили побег в США дочери Сталина С. Аллилуевой и неудач ные попытки КГБ вернуть ее в СССР. Председателем КГБ был назначен К). В. Андропов, который до этого работал под руководством Суслова, возглавляя один из международных отделов ЦК КПСС.

Суслова очень пугали события в Чехословакии 1967 - 1968 годов. Ему казалось, что в этой стране происходит то же самое, что и в Венгрии в 1956 году. Когда в Политбюро возникли разногласия, как поступить в этом случае, Суслов твердо стоял за введение войск Варшавского Договора в ЧССР.

В конце 1969 года Суслов не поддержал уже почти полностью подготовленный проект реабилитации Сталина в связи с его 90-летием. Однако именно он фактически руководил разгоном редакции "Нового мира", журнала, который выражал тогда настроения наиболее прогрессивной части советской творческой интеллигенции. Когда главный редактор журнала А. Т. Твардовский сумел связаться с Сусловым по телефону и выразил ему свой протест, Суслов сказал: "Не нервничайте, товарищ Твардовский. Делайте так, как советует вам Центральный Комитет".

В эти годы нередко запрещалась продажа книг, весь тираж которых был уже отпечатан. Обращаясь к Суслову, издательские работники ссылались на большую проведенную работу и немалые затраты. "На идеологии не экономят", - отвечал в таких случаях Суслов.

И вместе с тем в идеологических вопросах Суслов был не только догматичен, но часто крайне мелочен и упрям. Именно Суслов через своего помощника Воронцова решал вопрос о том, где именно нужно создать музей Маяковского и "кого больше любил" в конце 20-х годов Маяковский: Лилю Брик, которая была еврейкой, или русскую Татьяну Яковлеву, жившую в Париже. Суслов был ярым противником публикации мемуаров Г. К. Жукова, и из-за этого работа над ними продвигалась крайне медленно. Жукову это стоило по крайней мере одного инфаркта. В рукопись книги вносились произвольные изменения, порой вставлялись не только от дельные фразы, но целые страницы, написанные отнюдь не рукой прославленного маршала. С другой стороны, многие куски из рукописи изымались.

Мы не знаем, думал ли Суслов о том, что со временем он может возглавить партию. Однако усиление личной власти Брежнева и расширение его аппарата, независимость многих его действий и выступлений вызвали раздражение Суслова.

В конце 1969 года на Пленуме ЦК Брежнев выступил с речью, в которой подверг резкой критике многие недостатки в хозяйственном руководстве и в экономической политике. Эта речь была подготовлена его помощниками и референтами и предварительно не обсуждалась на Политбюро. Здесь не было никакого нарушения норм "коллективного руководства", поскольку основным докладчиком на Пленуме был не Брежнев, он выступал лишь в прениях. Тем не менее после Пленума Суслов, Шелепин и Мазуров направили в ЦК КПСС письмо, в котором критиковали некоторые положения речи Брежнева. Предполагалось, что возникший спор будет, обсужден на весеннем Пленуме ЦК. Но этот Пленум так и не состоялся. Брежнев заранее заручился поддержкой наиболее влиятельных членов ЦК, и Суслов, Шелепии и Мазуров сняли свои возражения, Шелепин еще продолжал по ряду вопросов выступать против Брежнева, пытаясь усилить собственное влияние в руководстве. В результате он был вначале переведен на роль профсоюзного лидера, а затем и вовсе удален из Политбюро. Суслов, сохранив определенную самостоятельность, перестал выступать с какой-либо критикой Брежнева. Он удовлетворился вторым местом в партийной иерархии и ролью "главного идеолога".

начало | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | Суслов
Письмо дизайнеру автор текста: Рой Медведев